Е ще в ту пору, когда спутники только начали выносить на орбиту мало-мальски весомые грузы, приборы, в печати появились статьи специалистов самых разных отраслей науки и техники, доказывавших, что именно их область выиграет от применения космических методов. Кристаллографы мечтали выращивать сверхчистые и однородные кристаллы в условиях невесомости. Биологи рассчитывали с помощью невесомости проникнуть в тайны и одной живой молекулы, и целого организма. Пожалуй, убедительнее всего были аргументы астрономов. Они говорили, что, если телескопы вынести за пределы земной атмосферы, возможности этих инструментов просто сказочно возрастут: между небесными телами и зеркалами телескопов исчезнет слой воздуха. Вместе с ним пропадут извечные враги астрономов — пыль, водяные пары, движущиеся струи воздуха — словом, все то, что чрезвычайно мешает наблюдениям. С телескопов будет как бы сброшена п елена, превращающая мощные и дорогие инструменты в своего рода инвалидов, неспособных реализовать все задумки их создателей.
За годы освоения космоса уже многое сделано для решения самых разных научных задач. Дошла очередь и до воплощения мечты астрономов— увидеть небо, не заслоненное многокилометровой толщей атмосферы. В 1990 году американский космический корабль «Дискавери» доставил на околоземную орбиту космический телескоп-автомат, оборудованный точнейшей оптикой и чрезвычайно чувствительной приемной и анализирующей аппаратурой. Имя телескоп получил в честь известного американского астронома Эдвина Хаббла. Все увиденное телескопом должно транслироваться в наземную обсерваторию. И, хотя зеркало «Хаббла» имеет всего 250 сантиметров в диаметре, то есть оно много меньше зеркал, работающих в крупнейших наземных телескопах, разрешающая способность космического прибора примерно в десять раз выше, чем у них. К примеру, лучшие наземные телескопы могут различить две расположенные рядом звезды, если они видны под углом не менее чем 0,5 секунды. Телескоп «Хаббп» способен в одной сверкающей точке различить две независимые звезды, если они смотрятся под углом в 0,05 секунды.
Мы не станем здесь рассказывать о том, как очень скоро, через несколько недель после того, как «Хаббл» занял свое место на околоземной орбите, выявился ряд чрезвычайно серьезных неполадок в космическом телескопе и стало ясно, что он не в состоянии выполнять весь комплекс задач, на который рассчитывался. Об этом и о поисках выхода из, казалось бы, безысходного положения наш журнал уже писал (см. «Наука и жизнь» № 8, 1990 г., № 7, 1993 г.). Проанализировав сложившуюся ситуацию, американские специалисты снова поднялись на орбиту «Хаббла» и заменили дефектные блоки на новые, исправные.
И телескоп заработал, да так, что теперь чуть ли не каждый месяц делает сенсационные открытия!
Космический телескоп Хаббла приносит все новые данные о строении Вселенной.
